Главная

Продолжаю заниматься немецким. Очень мне сложно дается этот язык. Я привыкла к тому, чтобы язык как бы сам собой, постепенно проникал в тебя — вот не знал ничего, а потом раз и все понимаешь. Так бывало со мной несколько раз, в нескольких странах.
А тут — ни фига. Не дождешься.
Занятия немецким похожи на упражнения по алгебре классе в 7 кажется. где мы сокращали какие-то бесконечно длинные примеры, с разными неизвестными, скобками, квадратами и другими хитрыми штуками. На каждое сокращение требовалось вспомнить и приминить какое-то особое правило. То есть, сначала запомнить кучу этих правил, а потом сидеть их и применять до посинения. Обычно я все делала быстро и правильно, но где-нибудь в середине примера обязательно путалась и мне приходилось начинать все сначала.
Короче, я совсем не расстроилась, когда алгебраические примеры навсегда исчезли из моей жизни. Я так и не поняла, какой именно эксзестенциальный опыт мне удалось получить проведя многие часы моей молодой бесценной жизни над решением уравнений со многими неизвестными.
Но были у меня просветленные одноклассники. Они решали примеры ловко и с удовольствием. Как будто у них перед глазами стояла некая виртуальная таблица правил, с которой они сверялись.
И такие же одноклассники у меня есть в нынешнем классе изучения немецкого. Прекрасная китайская девушка задает тон: у нее все написано, разложено по полочкам. Она легко склоняет, спрягает, сокращает предлоги и не раздумывая (и кажется с удовольствием) учит наизусть исключения , которых, как сообщает нам Марк Твен в тексте «Ужасный Немецкий язык», гораздо больше, чем послушных правилам частей речи.

Гиркина говорящего до этого никогда не видела. Очень поучительно.
Считается, что Гиркин рассказывает правду о военном давлении российских военных на население.
Мне кажется, что это не так: он говорит о том, что население поддерживало передачу власти российским военным от украинских военных (и милиционеров), которые там уже были и которые подчинялись Киеву.
Государство — это же организованное насилие, так что российское государство со своей военной машиной (кровавое государство, согласна), пришло не в вакуум, а туда, где удобно расположилось другое насилие — украинское.
Может быть, я не располагаю полной информацией, но мне кажется, что беженцев в Россию убежало больше, чем в Киев и что население Крыма и Донбасса в основном проголосовало за отделение от Украины.
А я, знаете, за самоопределение наций, народов, жителей городов и отдельных людей.
Если бы я вдруг стала бы Главным Украинским Начальником, то немедленно бы объявила о том, что Крым и Донбасс переходят под полный контроль Москвы, а Киев с этой минуты ведет только и исключительно оборонительную войну.
Тогда и ополченцы Восточной Украины почувствовали бы,что они воют не за свои дома, а за московские интересы в незалежалой.

Но если Киев хочет наказать Москву или присоединить отсоединившиеся земли, то скорее всего это война на века.

Подумала, а что ждет РФ?
В голову приходят два сценария:
либо тотальная сирийская чечня на протяжении жизни нескольких поколений. Это, в случае, если Путина уберут и к власти придут условные либералы, представляющие западные интересы. Начнется дезинтеграция — очень выгодная для любых ТНК и для Китая. Ресурсы можно будет качать по остаточной стоимости, договариваться с сильным центром, который может организовано отжать цены или объявить забастовку (прекратить поставки) гораздо сложнее.
В каком-то смысле кооператив Озеро по отношению к иностранным покупателям ресурсов представлял что-то вроде профсоюза. Он пробовал контролировать цены, условия поставок. И хотя основная прибыль все равно сливалась зарубеж, кое-что перепадало и жителем. Как это и бывает в нормальных коррумпированных профсоюзах, где лидеры забирают себе основные привилегии, но и с рабочими вынуждены делиться, чтобы хоть как то оправдывать свое существование.
На выступлении Ходорковского в Берлине, он прямо сказал, что не хочет быть президентом РФ, а хочет быть антикризисным управляющим. Мотивировал он это тем, что хочет побольше демократии на местах, но в реальности, боюсь, получится как в Африке, когда местные ворлорды продают ресурсы зарубеж и отстреливают друг друга, а население превращается в заложников «самого сильного парня». В такой ситуации уже много лет живут чеченцы. Они самые приспособленные к этом образу жизни, они вооружены и безусловно окажутся в выгодном положении, если РФ пойдет по этому пути.

Альтернатива для РФ — пробедивший православный шариат примерно на столетие, мобилизационная экономика и опять же: казаки-кадыры у власти. Это, если народ поддержит Путина, завалит укропов, пиндосов, пятую колонну (и кого там еще ему будет велено завалить).

Как ни крути, выигрывает господин кадыров, как самый подготовленный.

Я думаю, что все-таки произойдет дезинтеграция. Запад очень силен. Россия — ключевой поставщик ресурсов и давнишний конкурент. Падение России ослабит Китай, который в последнее время становиться все опаснее и наглее.

В моей френдленте есть как болельщики за команду Украина, так и сторонники ooo РФ.
Поэтому, когда читаешь, что-то вроде «Max Martinchik Даже если теоретически представитъ что это так, то общей картины это не меняет, кто начал эту бойню?»
то сразу не понятно, кого автор имеет ввиду и зачем он вообще задается таким вопросом?
Когда в Питере 90-тых на улицах стреляли тамбовцы в великолукских и наоборот, «кто начал первым» интересовало только профессионалов, а горожани говорили: «бандиты друг в друга стреляют».
По прежнему предлагаю называть всех участников боев (включая болельщиков, конечно) Укропными Ватниками.
Абсолютный факт: если эта война не разрастется до всеевропейской или мировой-атомной, то в конце концов Начальники укропных ватников договорятся друг с другом, проведут где-нибудь границу и будет народ опять бедно жить, ходить друг к другу в гости и выпивать.
Как это случилось в Югославии.
Только сначала убьют и покалечат уйму людей и вырастит поколение детей , насмотревшихся ужасов.
зы
Я еще понимаю спорить о том, кто начальники укропных ватников, кто трениры, кто спонсоры, но спорить о том, что первый начал или кто укропнее, а кто более ватный — этого себе позволять никак нельзя!
Одумайтесь, дорогие френды!
а обсуждали вот этот текст
«Часто воюют семьями.
В одной бригаде — отец, сын и мать. Сын — разведчик, отец — артиллерист, мать — повар. Её подруга — медсестра в полевом медпункте, муж и сын тоже в ополчении. Муж погиб две недели назад. Осколок в голову. Прямо у неё на руках и умер…
Удивительное отношение к смерти. Без надрыва, истерик, долгих прощаний. Если есть время, над вынесенным из боя мёртвым товарищем сходятся друзья, молча постоят в затаённой скорби, пока медик стянет «разгрузку» с боеприпасами, свяжет кисти бинтом.
А потом убитого осторожно, словно боясь потревожить его вечный сон, уложат на носилки — и он отправится в свою последнюю дорогу домой, а его друзья — в бой, где уже через сутки его смерть в аду непрекращающегося уже неделю сражения, станет далёким прошлым…
— А шо ты хочешь? — разъясняет мне это почти равнодушие к смерти «Гром». — Смерть для шахтёра — соседка. Даже в советское время на каждую добытую тысячу тонн угля приходилась одна шахтёрская жизнь. При любой шахте было своё кладбище. Мы жизнь, как никто другой, любим, но и умирать умеем…»

George Losev
Обама прав когда говорит по поводу ИГИЛ, что они не представляют мусульман. Переубедить мусульман у ИГИЛ не получается и они действуют через сильнешего в мире медиума — западные СМИ. ИГИЛ хотят, чтобы запад поверил в то, что воюет с мусульманами. Даже если мусульмане с западом воевать не хотят.
Обама не прав в том, что ограничивается вопросом представительства и легитимности. Без американских союзников саудитов ИГИЛ был бы не больше чем исламским изданием Господней Армии Сопротивления. Следовательно, решение проблемы ИГИЛ это отказ от саудовской нефти, причем не только США, но и всего остального мира. А это вопрос плановой перестройки всей мировой экономики.
И, конечно, президент крупнейшего империализма мира не может ни о чем таком заикнуться.
Так что если вы затыкаете исламофобов и спорите с либералами вы молодец. Ну или молодка. А если говорите о войне с исламом, то знайте, что вашими устами говорит ИГИЛ.
зы
от себя добавлю, что ИГАЛ такое же творение Сил Добра, как и нашл Злобный Карлик.
Люди, которые этого не понимают, просто очень глупые.
Им даже объяснять что-то в принципе не нужно. Потому что бесполезно ведь.

ух ты сколько оказывается уже патриотического видео наснимали.
и песенки Цоя подложили, и девушки кричат «Росссииияя!!»
И солдаты такие молодые, прекрасные и одеты модно и технологически выдержано.
И первый раз за 20 лет, вроде какая-никакя победа.
Очень понятно, почему у народа крышу снесло.
Кроме того, как говорил военный эксперт, красиво захватывать территории помогает то обстоятельство, что никто не сопротивляется.
Такое легкое, красивое, победное начало войны. И тут же миллион беженцев (или сколько их уже там?), разрушенные дома, стрельба по жилым микрорайонам из градов.
И подготовка к еще большей войне.

Женщины очень терпеливы.
К нам некоторое время назад приходил дядя из организации по защите детей: проверить как мы обращаемся с ребенком и мы с Dana Daymand​ офигели: дядя был груб, не снял уличную обувь, не спрашивая прошел в мой кабинет, отдавал нам указания.
В следующий раз, если меня будут посещать такие вот граждани, то я неприменно приглашу в гости человек 10 друзей!
Нужно отметить, что роль несчастной одинокой женщины, атакованной социальными службами (на незнакомом языке) для меня непривычна и немного даже забавна.
Всегда кажется, что это происходит как бы не с тобой.
Ведь я же здесь иностранка и даже не собираюсь оставаться в Германии на всегда.
Я не чувствую себя одинокой, брошенной, зависимой.
Поэтому иногда мне просто кажется, что это такое специальное приключение, погружение в жизнь местного племени — немецких бюрократических бюргеров, полевое антропологическое исследование.
Ощущение, что вот еще чуть чуть, небольшая экскурсия, один два разговора и все это закончится.
Вот конкретно прямо сейчас к нам, вроде бы, приставили нормального дядю. Он вежлив и внимателен.
И каждый раз появляется надежда — ну вот еще неделька и все устроится.
Я собственно поэтому и не писала в ЖЖ и в блогах об этом: казалось, что не нужно раздражать бывшего мужа. Лучше потерпеть, помолчать…
Ан нет, тут бывший муж опять востает из пепла и открывает новое судебное дело или пишет кляузу «куда следует».
Все это, повторяю, происходит при молчаливой поддержке добрых людей, обших знакомых, людей, хорошо знающих Беню.

Так что мы еще потерпим и подождем, что будет и чем дело закончится.

А теперь не много о том, как обстоят мои судебные дела:
До мая прошлого года мой сын жил 50% времени у отца и 50% времени со мной.
В мае прошлого года, как раз перед летними каникулами, которые ребенок должен был по расписанию провести с отцом, сын попросился жить ко мне, сославшись на жестокое обращение отца.
Одновременно, оставалось всего несколько месяцев до 12 летия ребенка, когда по закону отец уже не должен был платить алименты матери ребенка (то есть мне), а должен был только выдавать небольшие деньги на содержание сына.
Как только сын переселился ко мне, его отец уехал в отпуск и пропал. Не звонил, не писал, не переводил деньги, не интересовался ребенком довольно долго, а потом вдруг объявился и начал "принимать меры": нанял адвоката и начал обходить социальные институции, писать письма и требовать…
чего? Внимание со стороны ребенка!
Он не предлагал заниматься с ребенком, он не заботился о том, где ребенок проводит каникулы, он не переживал во что одет его сын.
Но он требовал, чтобы немецкое государство назначило (бесплатных) социальных сотрудников и психотерапевтов, которые "растопят лед между ним и его сыном".
Требования сопровождались обвинениями в мой адрес.
Меня обвиняли в том, что я специально настраиваю ребенка против отца, который только и делает, что мечтает принять участие в воспитании своего сына и именно из-за меня ребенок категорически отказывается от встреч с отцом.
При том, что отец перевел минимальную оплату только за 2 месяца из 10, которые Беня живет со мной, он добился еженедельных встреч с ребенком.
Факты:
— ребенок обвиняет отца в насилии
— отец не переводит средства на содержание ребенка
Решение суда: организовать принудительные для ребенка встречи с отцом.
Сейчас отец открыл против меня два дела:
— о рассмотрение правомерности права на воспитание ( по сути, это дело о лишении меня родительских прав. При том что сам отец себя в воспитатели не предлагает)
— о том, что я плохая мать ,

Ребенок не хочет встречаться с отцом. Причина? Виновата мать, конечно.

А вот немного из современной немецкой истории:
в дополнение
(via Svetlana Schon)
stated Section 1684 of the Civil Code (BGB). говорит о том, что каждый родитель обязан заботиться о ребенке и имеет право на контакт с ним.

"If you separate from me, you shall have no more good life"  -"Wenn du dich von mir trennst, sollst du kein gutes Leben mehr haben".
— "Только попробуй со мной расстаться. Не видать тебе хорошей жизни!"

Из доклада Anita Heiliger на конгрессе Kinderschutz und Kindeswohl im Sorge- und Umgangsrecht во Франкфурте на Майне:
"Мои мотивы участия в конгрессе — это ужас и отчаяние от растущей, начиная с 90-ых, беспомощности женщин и детей в конфликтных ситуациях с бывшим партнером и отцом ребенка. В книге Verrat am Kindeswohl“ (Heiliger/Wischnewski 2003) собраны многочисленные истории матерей, которые вынуждены были стокнуться с "предательством интересов ребенка".
"Движение за права отцов" началось в 80-тых и продолжилось в 90-тые, достигнув эпогея в наши дни.
Идеологически это означает, что любой контакт отца с ребенком счмтается государством для ребенка полезным и важным. Не было проведено ни одного серьезного исследования, которые бы подтверждали эти выводы.
Эта идеология — настоящая победа мужчин, которые желают сохранять контроль над женщинами и детьми и позволяет им удерживать свои патриархальные позиции, нарушенные имансипацией женщин в конце 20 века. Почему политики и институции потворствовуют таким проявлениям?
Почему есть специальные законы, защищающие отцов, но есть только размытый ни к чему не обязывающий закон о том, что "мать может рассчитывать на поддержку сообщества в деле воспитания ребенка". А ведь именно матери реально заботятся о ребенке!
в 1998 году Германия приняла серию новых законов, укрепивших позиции отцов".

а вот пример истории (таких много) :
"Фрау W. рассталась с отцом своего ребенка из за его агрессивного поведения. Бывший муж получил права на свидание с ребенком. Женщина обязана встречаться с бывшим мужем и передавать ему из рук в руки маленького ребенка, с которым он проводит время один на один, пока мать ожидает в другой комнате. Ребенок кричит и не хочет идти к отцу. Мать должна терпеть все это время и не имеет право вмешаться.
Мать сделала все возмжное, чтобы прекратить контакты между отцом и ребенком, но Югантамт (ювенальная юстиция) и суд обязали ее согласиться с их решением. Дальше конфликт развивался, отец продолжал настаивать на "принятие мер" и ювенальная юстиция отдала ребенка в приемную семью. Мать имеет с ним не регулярные контакты."

 ну и так далее.

адъ и холокост, я считаю.

В моем случае, единственная радость, что ребенку уже 12 лет.
Он разговаривает на 3 языках и способен сам объяснить, что с ним происходит и произошло, а так же сформулировать свои желания на будущее.
И скоро ему уже исполнится 14. Тогда он магическим образом, перестанет быть объектом и станет наконец-то субъектом, с почти теми же правами, что и взрослый человек.

Но Бене очень тяжело. Очень.
И я не могу его защитить.
Меня, ровно как и персонажей из процитированной книжки, запугивают штрафами. Мою квартиру посещают немецкие социальные работники. Мне приходится ходить по судам и другим неприятным конторам.

И знаете что? Все это делается потому, что такие люди, как мой бывший муж получают полную общественную поддержку.
Интелегентные люди, рассуждающие о культуре и политике, о кино и литературе, и даже, господи помилуй, о феминизме, знакомые с Беней, почему то считают, что то, что происходит с ним — это Частное дело! Что "родители сами разберутся", что "не нужно выносить спор из избы"?!

или что они считают, а ?

(Valentine Gogichashvili), shaherezada (Лариса Лисюткина), nikitakis, vasilek, Олег Люблинский?

 

Marina Naprushkina в галерее after the butcher
Выставка посвященная нелегальным иммигрантам.
Очень жестко, честно и про самое главное.
Все мы, на самом деле, нелегальные иммигранты или легко можем ими оказаться.