Главная

Гениальный Митя Ольшанский:

А одну девочку в Норвегии Гринпис заставил выйти замуж за пингвина в зоопарке, и она умерла.
А одна старушка в Швеции стала проституткой в доме престарелых, и ей пришлось спать со всеми пенсионерами города, и она умерла.
А одна девочка в Дании пришла в школу с крестиком, а ей говорят сними крестик, а она не сняла, и тогда ее распяли на кресте, и она умерла.
А одному мальчику в Англии сказали, что он должен стать гомосексуалистом, но он не поверил, а потом он посмотрел на других гомосексуалистов, не выдержал и тоже стал гомосексуалистом, и умер.
А одну женщину во Франции вызвали в полицию и сказали, что она должна выдать замуж двух дочек шести и восьми лет за арабов, а она отказалась, но к ней пришли и дочек забрали, и она умерла, и дочки тоже умерли.
А одного мальчика в Германии заставляли кричать Хайль Гитлер и быть гомосексуалистом, но он не хотел, и тогда пришли турки и забрали его, и он умер.
А одна женщина в Голландии пришла в церковь, а ей говорят, что церковь закрыта и вместо нее бордель, и теперь она должна там работать и кричать Хайль Гитлер, а она отказалась, и тогда гомосексуалисты распяли ее на кресте, но она не умерла, а потом пришли арабы, и тогда она умерла.

Originally posted by at Все таки какой Гройс изящный

вторник, 3 июля 2012 года, 15.15

Борис Гройс «Искусство готово к концу света каждую секунду»

Лекция Бориса Гройса в рамках дискуссионной платформы «Искусство после конца света», проводимой как теоретическая программа при первой киевской биеннале современного искусства «Арсенале» записана и расшифрована Дмитрием Десятериком

Как я заметил, тема всех дискуссий – это искусство после конца света. Кроме того, я получил разъяснение, что под концом света можно понимать конец капитализма. Поэтому я решил рассказать про капитализм, про искусство, про свет и про его конец. Такой будет схема лекции. Подробнее

Мне кажется, искусство возникло недавно, вследствие Французской революции — когда вооруженный парижский народ ликвидировал монархию. Замки, ценности остались без хозяев. Возникла огромная масса непонятных объектов непонятного назначения. Было неясно, что с ними делать. И тогда в Лувре была организована выставка того, что осталось от аристократии — собственно искусства как такового, после чего Лувр был преобразован в музей. Параллельно возник Британский музей, затем музей в Германии. Таким образом, изначально искусство — способ сохранения предметов предыдущей, добуржуазной эпохи. Капитализм, в отличие от других известных нам исторических систем, не практиковал иконоклазм, то есть не уничтожал ценности и памятники предыдущих эпох. Классический иконоклазм – когда завоеватели уничтожали все, что было ценного или святого у покоренных народов. Искусство возникло как замена иконоклазму. Вместо того, чтобы разрушать памятники, их эстетизировали, выставляли в качестве объекта созерцания. Если, например, раньше в дворцах жили аристократы и пользовались вещами дворцовой обстановки, документировали свою генеалогию портретами предков, ходили в церкви, то затем религиозная и портретная живопись, предметы дворянского быта были извлечены из ритуалов и образа жизни дворянства и нейтрализованы таким образом. Параллельно с этим возникли первые эстетические трактаты, из которых самый известный — кантовская «Критика способности суждения», где Кант прямо говорит, что искусство представляет собой нейтрализацию этических и политических позиций. Если мы видим дворец как произведение искусства, то мы не задаемся вопросом, хорошо ли строить дворцы или владеть ими, мы только говорим о том, красиво это или нет. Полностью нейтрализуем любые другие критерии оценки. Эта операция и породила искусство. Оно продолжает сегодня быть таким же, каким он возникло в результате Французской революции: формой существования небуржуазной системы отношений внутри буржуазной политической системы. Эта специфическая генеалогия искусства определила все современные споры вокруг него.

via

"Не чиновничий беспредел лишает общество возможности действовать" — если бы каким-то чудом значительная часть населения осознала бы эти слова, то ситуация в стране изменилась бы в мгновение ока.

Если мы посмотрим на то, кем «производится культура» в России и за рубежом, то увидим, что она буквально делается женскими руками. Именно женщины трудятся на малооплачиваемых работах учителям, библиотекарями, сотрудниками культурных учреждений. В пространстве современного искусства работа делается руками многочисленных девочек, обслуживающих галереи и фонды. Они обзванивают, записывают, составляют, договариваются, заполняют и устраивают.

Выставка «Феминистский карандаш» – это продуманная интервенция в сферу мужского влияния, разрушающая его самые значимые стереотипы. Ее курируют искусствовед Надя Плунгян и художница Вика Ломаско. Предыдущая – «Феминистский карандаш-1» — была показана в небольшом помещении хостела «Fabrica» и в ней участвовало всего 6 художниц. В этом году выставка проходит в рамках V Московской биеннале на фестивале МедиаУдар и организуется при поддержке Фонда Розы Люксембург. В «Карандаше» участвуют 35 художниц из-за границы и российских регионов. В рамках «ФК» прошли воркшопы и лекции.

Удивительная страна Россия — даже совершенно очевидные принятые во всем мире факты пробуют «обсуждать».
При чем «обсуждения» затевают не только марьиивановны из деревни, но сами «работники искусств».
Фаина Балаховская считает, что у автора статьи неправильно устроена оптика, именно поэтому автор (я) не видит многочисленных женщин, преуспевающих на ниве современного искусства.

В Советском Союзе не было никакого социализма. Социализм был в скандинавских странах. Там было государство всеобщего благосостояния, когда всем гражданам от заключенных до матерей-одиночек, от сельских жителей до начальников завода были гарантированы минимальные права.

В СССР был монополистический капитализм, а политбюро («аппаратчики») такие же управляющие компаний, члены советов директоров, CEO и прочая номенклатура. Граждане в СССР имели только одно право — право работать на корпорацию Советский Союз. При чем их права варьировались в зависимости от того, куда им повезло устроиться.

Тоже самое сейчас в Америке или в России: сидите вы маркетологом в столичном банке (ни хрена полезного не делаете, придумываете как впаривать вредоносное фуфло лохам) — получаете кучу бабок и обедаете в забубенной столовке коктелем из креветок, а устроились провинциальной училкой или санитаркой в дом престарелых — будете перебиваться чипсами и пережаренными рыбными палочками.

Только не нужно говорить о том. что маркетолог старался, учился, делал карьеру и ночей не досыпал, а училка , небось, закончила дурацкий колледж, не говоря о нянечке, которое и того не кончала.

По совету Давида Грэбера. предлагаю представить, если завтра испарятся все нянечки, учителя, повора, электрики и водопроводчики. Мы все сразу же почувствуем не ладное.
Однако, если испарятся маркетологи, рекламные агенты, счетоводы. полицейские, чиновники и другие представителей высокооплачиваемых специальностей, включая «аппаратчиков», то все вздохнут с облегчением.

Левая повестка отличается от правой только одним: куда должны идти ресурсы.
Правые считают, что нужно отдать их людям, у которых власть (все тому же самому политбюро, только не много переодевшемуся), а левые, что нужно отдать училкам и нянечкам (ученым, художникам, матерям-одиночкам) .
Правые говорят, что если отдать матерям одиночкам, то на всех не хватит (а сами жрут в три рта).
Левые говорят, что если только прекратить грабить, то и перераспределять ничего не нужно будет.

Чек из столовой в Кремле. У них там евросоциализм, выходит.
Всегда вспоминайте такие артефакты, когда властный или околовластный неолиберал и охранитель будет с пеной у рта доказывать, что за всё надо платить по 100-процентному тарифу (а лучше 146%), а халява развращает человека.
(из твитера Адагамова https://twitter.com/adagamov/status/400648813494673408 )

нет никакого сомнения, что скоро скоро правые вымрут.
Даже самые закостенелые идиоты, даже сами прокремлевские блогеры не могут не замечать очевидных противоречий.

Так что, левая повестка будет общей повесткой.
И ее, вероятно, извратят до неузнаваемости.
Нужно быть начеку!

Полиция в Московском метро устроила хоровое пение.
Забавно, как власти включаются в предложенный им диалог.
Уже начали петь в метро, снимать ролики, выкладывать на ютюб (просмотрело ролика пока 700тыс человек, кстати).

А продолжение: одиночные милицейские пикеты (с собаками), публичное членовредительство, костюмированные пляски.
В любом случае, это прекрасно, так как власти подтвердили: публичное пространство — это метро и интернет, а не телевизор и
закрытые актовые залы.

Можно сказать, что «наша взяла!»

по ссылке от Irin Breining