Чаадаев пишет:
Власть создается насилием, но это не делает знак равенства между насилием и властью. Скорее, власть возникает в зоне, оставляемой насилием: когда один другого бьет палкой и говорит «иди туда-то», это еще не власть; а вот когда он только показывает палку и говорит «иди туда-то» (и тот идет) — это уже власть. Соответственно, власть нуждается в аппарате насилия как средстве своего возобновления/продолжения во времени, а равно и экспансии в пограничных зонах. Из этого следует, что чем больше власть применяет насилие — тем она слабее. Привычка русской власти к насилию — прямое следствие того, что русская власть всегда слаба для того, чтобы удерживать подвластное пространство и людей; она все время в ситуации, когда контроль утекает сквозь пальцы. Усилить власть — значит, создать ситуацию, при которой «все работает» безо всякого насилия; ослабить — значит сделать государственное насилие безальтернативным.
Это все так и правильно Алексей пишет. Однако, дальше идет охранительный понос:
Причем, этот понос одинаковый и у русских, и у американских охранителей.
У меня вопрос: откуда у образованного человека, который в данном случае, явно рассуждает сам с собой и не выполняет никакого заказа, появляются в голове такие гнойные мысли?
Зачем ему обдумывать как бы создать ситуацию в государстве ситуацию тотального растворенного повсеместного невидимого насилия?
Ему то какая будет польза от этого ужаса?
Может он просто вампир?
Добавить комментарий для lanuar Отменить ответ