Gypsy Caravan — документальное кино о концертном туре цыганских ансамблей по Америке.
Цыган привезли из Индии, Румынии, Испании и бывшей Югославии.
Больше всего этих разных людей объединяет маргинальность по отношению к доминирующей культуре, бедность и неприязненное отношение местных жителей.
Авторы фильма — душеспасительно политкорректны:
Ах, как цыгани хороши! А никто-то их не любит!
Даже сняли Джонни Деппа, который высказался в том смысле, что «Gipsy are the best!»
Согласие и мир с цыганами – процесс сложный. Сразу по завершении миролюбивых усилий, цыгани превратятся в мирных офисных работников.
Пока же, они радикально отличаются от мирных американцев.
Беспрерывно курят, пьют, играют в карты и поют. Ни минуты покоя!
Дома их ждут многодетные семьи и запредельная нищета.
У них нет туалетов и электричества. Своих дочерей они выдают замуж в 13 лет. Замужество — это неминуемая многодетность, бесправие и семейное рабство.
Цыганские музыканты говорят: «Музыка — это деньги. Она нас кормит».
Игра на скрипки — одна из немногих возможностей прокормиться.
Любопытно, как цыгани учат своих детей музыке. Кругом дым, чад, толпа народу.
Годовалый младенец вскарабкался на скрипку и начинал ворошить струны. Взрослые этот процесс усиленно поощряют, «показывают» младенцу «как ЭТО делается».
Таких детей не нужно потом водить в музыкальную школу. Они научатся играть раньше или одновременно с тем, как начнут говорить.
Они просто так живут: музыкально. У них нет разделения на «слушателей» и «исполнителей». Все поют, все танцуют.
Музыка — это самоценная стихия, неотчуждаемое общественное пространство.
Для инородцев их музыка – покупка, для своих – образ жизни.
Да и не так уж успешно цыгане торгуют своей музыкальностью.
Продюсер и режисеры фильма относятся к своим подопечным снисходительно.
«Завтра опять придется вставать в 7 утра. Вы же хотели быть в шоу-бизнесе!»
то есть, сами американские продюсеры, живущие в реальности попсового отчужденного трэша — профессионалы, а гениальный цыгане, которые научились песть-играть раньше, чем разговаривать – начинающие дилетанты.
После тура их отправили обратно по деревням, к свиньям, полям с картошкой и нищите.
Это замечательная испанская цыганка — исполнительница фламенко.
Самый любимый персонаж фильма.
Она рассказывала про свою маму, знаменитую фламенко-танцовщицу:
«Моя мать, про которую написано во всех фламенко-энциклопедиях, весила 260 паундов (больше 100 кг). Но это было совершенно не важно. Когда она поднимала свои огромные руки и просто вставала, то выглядела как кафедральный собор.
Когда она танцевала, то люди вокруг плакали, у них мороз проходил по коже. Такому нельзя научить. Как вы будете этому учить? Это можно только чувствовать. Это у вас изнутри».
Между тем, ее племянник содержит очень цивильную фламенко-школу в Испании и учит прекрасных испанских барышень сердито стучать каблучками под ритмы фламенко.
Сама же актриса рассказала, что она рано вышла замуж, что у нее 7 детей. В какой-то момент ее сыновья и муж стали наркоманами. Она пережила страшный период, пыталась покончить жизнь самоубийством.
Позже, по ее словам, к ними «пришел Господь» и «они спаслись».
Своего любимого младшего сына, мальчика лет 10, она заботливо подводит к воротам бедной заводского вида школы. Мама-певица наставляет сына: «Если хочешь быть певцом, то учись ! Даже если не нравится , все равно, учись!» Имеется ввиду учится в заводской школе.
Ее преуспевающий племянник (учитель фламенко) рассказывает, что тетка-певица не грамотна. «Она — настоящий не необработанный брильянт» — восклицает он.
Тетка действительно невероятная!
Как она поет!
Низким мужским, хрипящим или даже рычащим голосом.
Лорка говорил, что фламенко – это встреча человека со смертью, в замкнутом, заранее очерченном кругу, из которого сможет выйти только один. Фламенко — это танец ненависти и любви, страсти и потери, которые неразрывно связаны друг с другом и не могут существовать отдельно.
Женщина и мужчина не кокетничают друг с другом, это не танец обольщения.
Фламенко похоже на атаку, на наезд. Женщина несется навстречу мужчины, и потом он точно также наступает на нее.
Это танец очень гордых и, одновременно, обреченных людей. Гордящихся своими утратами.
Как-то в Питере мой знакомый дал мне посмотерть касету с записью танцев фламенко из настоящей андалузской деревушки. Это тоже было круто. Там пели-танцевали настоящие мужчины и женщины, а не манекенщицы и позеры.
Я, помнится, в 16 лет наизусть заучивала эссе Лорки о фламенко.
Вдруг эта толстая женщина с наркоманскими детьми из плохой школы, проживающая, судя по всему, в испанских домах для бедных. Она и есть подлинный носитель этой традиции.
Деды из Румыния, крайний — 87 летний Николай.
Почти у всех нет зубов. Выглядят они как швейцары, открывающие двери самых дешевых домов Нью-Йорка.
Поют и играют так, что хочется задвинуть все дела, идти за ними пешком в румынскую глушь и там же поселиться.
Индийские цыгани, на мой непросвященный взгляд, выглядят как обыкновенные индусы.
А это бесконечной широты югославская примадонна, аналог советского Сличенко. Тоже хорошая, хотя и не такая проникновенная, как беззубые румынские дедушки или бешенная андалузская тетка.
Добавить комментарий для Nika Отменить ответ