Посетила местную интелегентскую тусовку:
Заседание Лаборатории Современной Мысли. Тема заседания — «Русские Языки» (Russian Languages)
В помещении Нового Журнала (New Review) состоиться заседание Лаборатории Современной Мысли (директора Михаил Эпштейн и Леонид Пинчевский). Тема заседания — «Русские Языки». Выступают Михаил Эпштейн, Марина Адамович, Леонид Пинчевский.
В помещении на складных стульчиках заседало человек 20 — русские эмигранты в Америке. Очень разные:
100 летний дедуля, рассказывающий анекдоты поры своего обучения в европейских художественных вузах в середине прошлого века. Под овации аудитории симпатичный дедушка кокетничал:
«Когда я последний раз был в России, то заметил: некоторые русские люди все еще хорошо говорят по-русски.» Для сохранения русского языка, он советовал смотреть фильмы с участием актера Качалова и Немировича-Данченко.
Еще была веселая толстая писательница, остроумный драматург, милые молодые люди разного вида и состояния, плохо говорящий по-русски румын, потерявшийся между языков и стран, и множество прочих прелюбопытнейших персон.
Развлекал всех маленький человечек, проживающий в американской дыре — городе Атланте, Михаил Наумович Эпштейн.
Он скорбно поднимал крошечные ручки к небу и вещал: «Население России исчезает, но это не все! Вместе с населением исчезает дорогой нам русский язык!
Я проверял в словарях: в таком-то году в русском языке было столько-то слов, а через 50 лет слов стало меньше. Гораздо меньше! Нас покидают русские слова! Больше никто их не придумывает!»
» Знаете ли вы (я , кстати, не знала), что слова «трогательность», «чувствительность», «промышленность» были придуманы Карамзиным, а простое русское слово «насос» изобрел Ломоносов. Мы об этом забыли, а слова, между прочим, имеют своих Авторов! В доинтернетовскую эпоху существовали мифологические представления о том, что слова придумывает народ. Теперь-то стало понятно, что слова придумывают люди. Благодаря интернету мы сможет узнать имена индивидуальных прародителей слов!» — ага, подумала я, вот куда дяденька клонит. Решил напроизводить словечек, под своим авторством, осчастливить , так сказать, бывших соотечественников.
» Если мы не предпримем решительные меры, русский язык к такому-то году (забыла к какому именно) превратится в птичий язык: в перепевы плохого американского.» — простонал Эпштейн.
Тут нужно отдать ему должное, он привел забавный пример: «Эксклюзивный дистрибутор — это исключительный распространитель». Интересно, что заимствуя слова из другого языка мы одновременно сакрализуем их содержание. Быть «исключительным распространителем» как-то даже обидно, а вот «эксклюзивным дистрибутором» вполне себе достойное времяпровождение.
Дальше, Эпштейн перешел к главной части своей речи: он объявил, что получил благословение от важной персоны — ректора Ленинградского Университета. Она создаст при Университете некий центр Содействия Развитию Русского языка. Это должно помочь культурологу Эпштейну объединить усилия российской интеллектуальной элиты, в святом деле спасения русского языка. Спасать русский язык собирается незатейливо: придумывать новые слова. Ага. Он считает, что чем больше новых слов, тем богаче язык.
Сам он уже в проекте «Дар слова» придумал 1700 слов.
То есть гражданин «директор» (как назвали Эпштейн и Пинчевского в интернет-рассылке Укроп) хочет создать некое централизованное теплое местечко, под боком у еще большего директора — госпожи Вербицкой, с целью обогащения русского языка и получения грантовых денег. Между прочим, это та самая Вербицкая — большая поклоница Президента Путина , подписавшее как-то письмо от имени «интелегенции» с просьбой закрыть программу «Куклы», которая оскорбляет честь и достоинство Самого Главного.
Ноэл, постоянно читающий лингвистические блоги, говорит, что одно из главных развлечений их обитателей состоит в том, чтобы найти цитату из какого-нибудь идиота-журналиста, а потом долго и смачно ее комментировать. Попадаются цитаты :
— К 2050 году английский язык будет содержать 3 миллиона слов.
Почему-то журналист решил, что существует метод подсчета слов в языке, хотя таких методов не бывает. Да и что такое «слово» лингвисты ни как не могут договориться. А уж тем более забавно, что кто-то считает возможным планировать увеличение запаса слов в языке. Эпштейн предложил привязать «богатство русского языка» к численности его населения. Чтобы на каждого жителя приходилось в 100 раз больше слов. чем приходится сейчас.
— Ученые посчитали, что подростки из пригородов Лондона используют в своих диалогах не более 250 слов, что свидетельствует о падении уровня образования среди этой части населения.
Как известно, языки не бывают бедными и богатыми, развитыми и недоразвитыми. Можно сказать, что в каких-то обстоятельствах носителю того или иного языка сложно приспособиться к требованиям внешней среды. Скажем, вышеупомянутого подростка из лондонских пригородов не возьмут работать клерком в банк. Однако, не стоит думать, что банковский служащий обладает «более развитым языком», чем вышеупомянутый подросток. Эпштейн, кстати, предложил модернизировать русский язык не только с помощью добавления в него новых слов ( я бы назвала его принудительным и грантообразующим добавлением), но и с помощью изменения граматической структуры языка. За образец, как всегда, было предложено брать английский.
Вот если бы он предложил подражать китайскому, я бы его, конечно, поддержала! Но на китайский, кажется, пока грантов не дают.
Граждане -эммигранты Эпштейна не поддержали. Ему привели множество примеров новообразований в русском языке, в том числе «аффтар жжот», рассказали об истории развития языка. Однако, закончилось все полюбовно: крошка-Эпштейн поблагодарил всех за участие, попросил подписаться на его рассылку «Дар слова» и скорбно завил, что продолжит работу по спасению Русского языка.
В заключительной части прозвучали имена толстых журналов, непроизносимые названия его статей и даже священное слово «грант».
Эпштейн действует как нормальный академический человек: тусуется, скандалит (умираем, спасайте!), подминает под себя несмышленных добровольцев, завязывает контакты с сильными мира сего и пытается забацать как можно более заметные проекты, естественно, под своим началом. Работа у него такая. Иначе кто его будет приглашать на конференции или оплачивать исследования?
Его содиректор, Леонид Пинчевский, даже смешнее Эпштейна. ОНи как рыжий и белый клоуны.
Эпштейн печален и деловито бессмысленен, а Пинчевский зол, глуп и агресивен. По-моему, они друг друга не долюбливают. Если бы Директора обладали чувством жанра, то должны были бы подраться прямо на глазах у достойной публики. Цены бы им тогда не было!
Пинчевский, рисует коммерческие гадкие картинки, в основном на стенах казино и в домах богатых банкиров. Называется все это , понятное дело, постмодернизмом. О чем имеется свидетельство дипломировнного специалиста — профессора М.Н.Эпштейна.
Добавить комментарий для inka Отменить ответ