Дмитрий Ольшанский пишет:
В начале двадцатого века большевики сочиняли своих «рабочих» и «трудящихся» практически из ничего.
Судя по всему, они на полном серьезе верили в то, что Россией — а потом и всем миром — будет управлять простой, но влюбленный в массовое индустриальное производство и вселенскую справедливость человек. И во имя его, этого человека, воцарения — можно принести здесь и сейчас некоторые жертвы…
Реальным же героем оказался, как мы теперь знаем, вчерашний крестьянин, темный и люмпенизированный, склонный к грабежу, организованному и неорганизованному насилию, а также диким языческим культам (см. культ так называемого «товарища Сталина»).
И все-таки нельзя сказать, что у большевиков «ничего не получилось».
Нет, получилось.
Но не совсем то, чего они ждали.
В конце двадцатого века либералы сочиняли своего «эффективного собственника» практически из ничего.
Судя по всему, они на полном серьезе верили в то, что Россией — как и всем миром, с их точки зрения, — должен управлять простой, но влюбленный в идею конкуренции, рыночного разнообразия и укрепления частного хозяйства человек, который будет создавать благо для других потому, что уже успешно создал его для себя. И во имя его, этого человека, воцарения — можно принести здесь и сейчас некоторые жертвы…
Реальным же героем оказался, как мы теперь знаем, вчерашний советский люмпен и уголовник, фарцовщик и комсомолец, а потом и чиновник, а потом и гэбэшник, жадный и агрессивный, склонный к колониальному ограблению «своего» государства, монополизму и укреплению частного хозяйства за несколько тысяч километров от тех мест, где извлекается прибыль. Ну и без языческих культов тоже в конце концов не обошлось (религия потребления для неофицильных жертвоприношений, религия духовной скрепы для публичного официоза).
И все-таки нельзя сказать, что у либералов «ничего не получилось».
Нет, получилось.
Но не совсем то, чего они ждали.
И вот теперь, в двадцать первом веке, — своего «русского человека» будут сочинять русские националисты…
Павел Пряников комментирует:
Митя Ольшанский правильно прогнозирует, что на следующем витке очередных «реформ» будет придуман «русский человек». Только он допускает одну ошибку: уже не в России будет этот конструкт, а в её осколке, что-то типа Московии.
Чему научила нас российская история ХХ века? Что при каждой идеологической ломке территория государства убывает. В 1917-м — минус Польша и Финляндия (и ещё по мелочи). В 1991-м минус 14 республик СССР.
В 2020-х, если случится очередная «ломка», то будет минус северо-западный край, Кавказ, Поволжье, Сибирь и Дальний Восток. Потому что даже не кавказцу и татарину, а и сахалинцу на хрен сдался этот «русский человек» как новая идея страны. У сахалинца углеводороды и Китай под боком, ему выгоднее уйти под зонтик США, а не под «балалайку и погром» на сгнивших остатках советской инфраструктуры.
В итоге обретённый «русский человек» будет обитать от Волги до Смоленска (хотя Смоленск скорее всего уйдёт в состав Белоруссии).
В общем, будет такая сорокинская «Теллурия».
Но ничего такого может и не быть. Россию заселят десятки миллионов азиатов и китайцев, будет новый этнос, типа креолов, а сама страна — что-то вроде Северной Бразилии. Ну и не видно пока признаков, что Запад хочет развалить «жандарма Евразии» и сырьевой придаток, который он сам старательно и создавал.
Присоединяюсь к мнению Пряникова.
Добавить комментарий