Репортаж с 1 майской блокады.
Фотографии Ноэля Буша (много фотографий)
Все это происходило буквально около нашего дома, поэтому и посетители демонстрации были обычные жители района.
А они у нас вот такие.
Граждане скапливались на улицах, перекрывая пути, по которым через наш район планировали промаршировать нацисты.
На каждом "блокпосте" была карта, на которой показывали передвижения нацистов: где они хотели бы пройти, где их остановили, куда полиция перенаправила их шествие, чтобы избежать столкновений с протестующими.
Шествия нацистов было разрешенное и они специально решили пройти через Пренцлауэрберг, известный своими левыми настроениями.
Усилия протестующих против нацистского шествия были хорошо скоординированы. Везде стояли машины с мегафонами, оперативно объяснявшими "положение на местности": кто кого побеждает и как развертываются события.
Для координации протеста объединились сразу несколько политических партий, общественных объединений и даже церковь:
зеленые, коммунисты, социалисты и еще штук 20 организаций.
Было множество красочных молодых людей, часть их пришла подраться с нацистами.
В данной ситуации, точнее будет сказать, что они пришли их избить.
Драка, однако, была абсолютно невозможным мероприятием. Протестующих было в 10 раз больше, чем нацистов, а полицейских больше, чем и тех, и других вместе взятых.
Задача полицейских состояла в том, чтобы не допустить прямого контакта, между противоборствующими сторонами.
200-300 нацистов шли, окруженные плотным кольцом из полицейских машин и дружинников.
Везде — в метро, на остановках, на улицах, прилегающих к шествию, стояли полицейские.
Как и в России, их привезли из других городов.
Чтобы в случае конфликта, сентиментальная привязанность не помешала им выполнять свой долг.
По мере продвижения колонны нацистов по заранее согласованному маршруту, полиция вежливо, но твердо передвигала жителей, блокирующих движение, расчищая место для нацисткого шествия.
Идея протестующих состояла в том, что если придет достаточное количество народа, то мирными средствами передвинуть их будет не возможно.
А применять газ или разгонять толпу силой, берлинская полиция не решится.
Все так и вышло.
Несмотря на огромное количество полицейских, для того, чтобы передвинуть тысячи людей, пришлось бы применить жесткие меры.
Среди протестующих ходили слухи о том, что полиция собирается применять жетские меры (водонапорные машины и перец).
Все были к этому готовы, никто не расходился.
В целом обстановка была более, чем веселая. Народ сидел на тротуарах, ел, пил, читал, играл на музыкальных инструментах.
Кто-то раздавал бутерброды и чай.
Не было ощущение, что действие организовано "сверху".
Возраст участников тоже был очень различный: пожилые дедушки с внуками, молодые панки с собаками,
яппи, школьники.
Полицейские в целом, были очень приветливые. Каждого из них сфотографировали по 100 раз.
Некоторые зарывали лица руками и просили не фотографировать.
Несмотря, на красочное разнообразие толпы, нужно заметить, что одного типа среди нас не было — это тип "пригородного гопника".
Мне так и не удалось увидеть нацистов, которых грудью закрывали бравые немецкие полицейские, но судя по разговорам протестующей публики — это и есть их тип.
Один из протестующих, высказал, на мой взгляд, очень умную мысль:
"Это мы — утопия, а они — реальность." — сказал он. "Не стоит думать, что нас так много, а их так мало. Я был на демонстрациях, где нас было 100 человек, а их — 800.
Мы живем в обществе, где под тонким слоем буржуазной морали, скрывается та же идея сегрегации и разделения людей.
Вырастая, дети из пригородов, обнаруживают, что кто-то другой жует жирный кусок пирога, а им остались одни объедки. Справедливого объяснения этому положению вещей все равно нет. Вот они и находят свое объяснение.
Неонацистскую партию можно, конечно, запретить, но не возможно запретить социальное движение.
А они — это социальное движение. "
"Вот-вот,- согласилась я.- "Пока хорошо оплачиваемые берлинские полицейские стоят между противоборствующими группами, все в порядке. О том, что будет, если они исчезнут, не хочется думать."
Не нужно также забывать, что наши блокадники — это выше среднего и средний класс,
а нацисты — это как раз рабочие и маргиналы.
Их националистические лозунги ( "Германия для немцев", "Социальное государство для своих" — или что они там еще пропагандируют), по сути, клич конкурента в сторону еще более бесправных иммигрантов.
Дизайнеру или фотографу из Пренслауэрберга, не придет в голову, позариться на рабочее место турка или нигерийца.
А выходцу из рабочих пригородов, вполне приглянется рабочее место на берлинской стройке.
Я, конечно, не считаю, что нацистские идеи имеют основания или, тем более, право на существование.
Конечно, нет. Конечно, если нацисты придут к власти, то этим же ребятам из пригородов станет еще хуже.
Но существующее распределение сил: на одного нациста 10 протестующих, возможно, только в социально ориентированном обществе, где количество маргиналов и отщепенцев не так велико.
Достаточно забрать социальные пособия, сократить помощь и на улице под нацистскими флагами выйдет гораздо больше народа, а, если бы немецких полицейских, кормили как российских, то не известно, на чью сторону они бы встали в случае противостояния.
Кстати, говорят, что в восточной Германии, во время нацистких митингов, население чувствует себя парализованным. Никто никаких блокад и протестов не затевает.
Реальное противостоянии нацистам существует только в Западной Германии.
Добавить комментарий